«Меня вытолкнули из трамвая. Молодая девушка плюнула мне в лицо, а её парень ударил  сильно бутылкой по ноге...».

«Нам стало сложно выходить на улицу. Что тебя там ждёт, не знает никто. Могут в любой момент задержать и безо всяких объяснений увезти, что с нами неоднократно и происходило».

«Мы, конечно, давно уже привыкли к грубому обращению в наш адрес, но стало уже совсем невыносимо».

…Таджикские мигранты рассказывают о том, как им жилось и работалось в России после известных событий в Бирюлёво. Кто-то даже был вынужден вернуться обратно.

Антимигрантские настроения, которые были вызваны печально известными «бирюлёвскими» событиями, не стихают по сей день. Более того, они вновь породили националистические настроения, и сегодня лица  с «неславянской внешностью» сталкиваются с самыми ярыми их формами. В Интернете периодически появляются сообщения об избиении или других формах агрессии на этой почве.

Например, совсем недавно появилась информация о том, что в московском метро двое молодых людей напали и выстрелили из травматического оружия в лицо и живот выходцу из Дагестана.  Приводилась версия, что это нападение произошло на националистической почве.  

Между тем, граждане Таджикистана тоже сталкиваются с таким отношением. Например, в социальной сети Facebook появилось письмо нашей соотечественницы Майсары, которое  было адресовано русским.  Она пишет о том, что уже 4-й год живет в Москве, и рассказала, с чем ей приходится сталкиваться: 

«Мы снимаем однокомнатную квартиру в шести остановках от метро. Мой день начинается в 6:30, я убираю квартиры и помогаю по дому разным людям в разных концах Москвы,  иногда и в Подмосковье. Работаю целую неделю, только один день отдыхаю и занимаюсь по дому. Стараюсь читать: без книг не мыслю своей жизни. Многие бы вам рассказали больше, чем я. Но я скажу о том, как меня вытолкнули из трамвая, как молодая девушка плюнула мне в лицо, а её парень ударил  сильно бутылкой по ноге, после чего остались шрамы, как в поезде молодые ребята кричали: “Выходите, чурки, вас надо убивать, как тараканов!» Как я боюсь входить в метро и стоять у края платформы, чтобы не столкнули... Как мы переживаем, когда узнаем об избиении, пропаже или даже смерти кого-то из наших. Не знаю, пишут ли об этом в газетах или  Интернете?»

В своем письме Майсара призывала русское население к милосердию  и миру. 

Вынуждены были вернуться

Большинство наших соотечественников с трудом терпят сложившуюся ситуацию, однако,   кто-то этого напряжения уже не выносит  и возвращается домой.

32-летний Хушдил Абдурасулов работал кладовщиком на овощной базе в том самом Бирюлёво.    Вместе со своей семьёй он снимал квартиру ближе к этому району, чтобы легче было добираться на работу.

- Бойня, которую там устроили, лишила нас работы и  надежды. Нас охватили страх и чувство незащищенности. Ситуация  обострилась сразу же после митинга,  который поднял местный народ, маршируя  по улицам Москвы с плакатами:  «Россия для русских». Это невероятно трудно, когда  на чужбине ты живешь с таким настроением.   Нам стало сложно  выходить  на улицу. Что тебя там ждет, не знает никто. Могли  в любой момент задержать и безо всяких объяснений увезти,  что с нами неоднократно и происходило. По телевизору бегущей строкой  шла информация для местных жителей, чтобы они обращались  по  указанному адресу, если рядом с ними живет мигрант.  Мы конечно давно уже привыкли к такому отношению к нам, но, поверьте, то, что мы испытывали в последние месяцы,  просто  уже нельзя было вынести.  Нам пришлось вернуться домой.   Я находился  в России с 98  года как мигрант, но, честно говоря, такого нацизма, как сегодня,  еще 5-6 лет назад не было. Тогда еще чувствовалась наша общая история, и многое, что связывало нас с Россией, - рассказывает Хушдил. 

По его словам, если раньше у них проблемы возникали с сотрудниками милиции и миграционных структур, то сейчас и население «ополчилось против них».  

- Всем известно, что никто не застрахован от обмана, - продолжает Хушдил. - Вся процедура прохождения регистрации  вплоть до разрешения на работу проходит через несколько посредников, на что мы тратим большую сумму,  чтобы получить нужные документы.  Я сам лично потратил 40 тыс. рублей, чтобы нормально, на законных основаниях получить все нужные документы, но, как выяснилось, меня, как и многих других,  обманули.  Нас обманывают, берут с нас деньги, якобы на оформление документов, но на другом конце города, когда нас задерживают, выясняется, что наши бумаги не в порядке. Вот причины, так называемой, незаконной миграции. У нас были планы остаться там, по мере возможности, подольше,  мы хотели, чтобы дочка получила образование, но были вынуждены все бросить и вернуться. Если честно, когда ты видишь, как твой ребёнок при виде полицейского дрожит от страха, что он  боится выйти  погулять на улицу, чтобы его не обозвали или не избили, уже нет  никакого желания оставаться в России.  Продолжать так жить и не знать, что завтра произойдет с тобой или твоей семьей и вообще, будем ли мы живы, поверьте, это просто невыносимо тяжело...

Другой наш соотечественник Максуд Суджодхонов тоже вынужден был вернуться домой из миграции. 

- Когда со стороны местных жителей начались погромы, всем, кто не со славянской внешностью, стало реально страшно.  Полицейские стали «сортировать» нас по внешним признакам. Нас собирали большими группами и обращались, как с особо опасными преступниками, даже если документы исправные. Некоторые мои знакомые, которые уже давно  граждане РФ, тоже попали под эту мясорубку: их «неславянская» внешность подвела… Не от хорошей жизни мы туда отправились, но сейчас там жить довольно рискованно, - говорит Максуд. 

Не только во внешности дело

Екатерина Назаршоева, юрист и независимый журналист, занимающийся защитой прав трудовых мигрантов в антидискриминационном  центре «Мемориал» в  г Санкт- Петербург,  утверждает, что эта ситуация  ей хорошо знакома, так как она сама живет в России в статусе мигранта.

- Два года назад, когда я приехала в Россию, долгое время пыталась устроиться на работу. У меня высшее образование, прекрасно владею русским языком. На собеседовании я производила положительное  впечатление, но как только работодатель узнавал, что я из Таджикистана, отношение ко мне резко менялось. Мой  опыт и знания никакой роли уже не играли, для них достаточно того, что я -  из Таджикистана. Мне давали понять, что ко мне не может быть доверия, что я не удостаиваюсь даже шанса, чтобы проявить свои профессиональные качества. Вокруг чувствовалось крайне негативное отношение, даже некоторое презрение. Меня направляли работать в дворники, уборщицы. Я поняла, что слово «мигрант», в их понимании  -  это синоним слова «раб», - говорит Назаршоева.  

По ее словам, на сегодняшний день ситуация трудовых мигрантов сильно ухудшилась,  особенно в таких крупных городах как Москва и Петербург.  Рейды и националистические чистки,  своего рода «охота»,  которую ведут  сегодня  в отношении  всех мигрантов -  всё это больше говорит не о борьбе с нелегальной миграцией. Это является явным националистическим разделением на людей «высшего и низшего сорта», на «славянской и неславянской внешности».

- Выходит, визуально в категорию «нелегалов» сегодня попадают люди с ярко выраженными внешними данными: брюнеты с чёрными бровями и глазами, смуглым цветом кожи, - считает Екатерина Назаршоева. -  Безусловно, что в эту группу могут попасть и сами граждане РФ - из республик Северного Кавказа, Татарстана и т.д. Мне кажется, кому-то выгодна данная ситуация в российском обществе. Естественно, в этом колоссальную роль играют и российские СМИ, которые  раздувают эту тему в контексте: «Все мигранты - преступники», что все беды в  России от трудовых мигрантов и пришла пора очищать ее от нахлынувших «кавказцев» и «азиатов»…